В лесу было двое тупых - самурай и его меч.
Показательно, насколько большой ком проблем свалился с моих плеч за эти выходные, если меня даже почти не расстроило то, что выходные оказались по сути рабочими
С реквизитом вроде почти все решили, показ прошел успешно, фанеру есть время записать, вроде все должно выйти хорошо. Главное, отработать самый сложный элемент выступления - употребление лапши по точно выверенному таймингу.

=======================================
Ужинать на сцене при помощи подставных блюд наши артисты считали недостойным для колонии. Поэтому иногда нашей кухне доставалось: приготовлялась закуска, жарилось жаркое, пеклись пироги или пирожные. Вместо вина добывалось ситро.
В суфлерской будке я всегда трепетал во время прохождения ужина: актеры в таком моменте слишком увлекались игрой и переставали обращать внимание на суфлера, затягивая сцену до того момента, когда уже на столе ничего не оставалось. Обыкновенно мне приходилось ускорять темпы замечаниями такого рода:
— Да довольно вам… слышите? Кончайте ужин, черт бы вас побрал!
Артисты поглядывали на меня с удивлением, показывали глазами на недоеденного гуся и оканчивали ужин только тогда, когда я доходил до белого каления и шипел:
— Карабанов, вон из-за стола! Семен, да говори же, подлец: «Я уезжаю».
Карабанов наскоро глотает непережеванного гуся и говорит:
— Я уезжаю.
А за кулисами в перерыве укоряет меня:
— Антон Семенович, ну как же вам не стыдно! Колы приходиться того гуся исты, и то не дали…